СРАМУ.НЕТ : менты

неозаглавленная история

Всякого стыдного по мелочам в жизни было навалом. Ну там пернул при серьезных людях и пр.

Но вот чего реально стыдно и через 15 лет - работы в ментовке. Заманил туда друган. Типа тут можно баб трахнуть на шару и денег у бухих вынять. Баб не трахнул ни одной. Да и никто их не трахал. Все что попадали в отделение по пьяни были или страшные или больные. Проституток не мы пасли. Там крыша другая.
Денег стрясали конечно. Знали когда где народ зарплату получает и высылали наблюдающих в цивилке зырить по пивникам. Потом уже забирали и шарили по карманам.

Деньги впрок не шли. Все тут же пропивали. Чтобы не спится, ушел из ментовки.

Влип в историю

Когда влипаешь в историю, то нет необходимости её придумывать.
1980й, Тюмень, лето. Я встречаю на вокзале свою Галку, с которой у нас самый пик бурной любви.
Уже год, как отслуживший в армии, учусь в областном центре. Она заканчивает свой техникум, и приехала из дома, на защиту своего диплома. Встретив, помогаю довезти ей вещи на квартиру её старшего брата, с которым я пока ещё не знаком. С двумя чемоданами, пройдя сквозь строй охраняющих вход, бдительных бабулек, входим в подъезд, и обнаруживаем запертую квартиру. Галка сожалеючи разводит руками. Заверив её, что через две минуты открою дверь изнутри, выхожу из подъезда, залажу на карниз над входной дверью, и с карниза заползаю в проём открытой форточки на первом этаже. Через минуту я был в квартире а в следующую, мы уже обнимались с Галкой в жарких поцелуях. Пользуясь отсутствием хозяев и возможностью пообщаться наедине, валимся посреди зала на ковёр. Начинаем заигрывая дурачится и кататься в любовных обьятиях. Пуговицы веером разлетаются от снимаемой мной рубашки, рыча как зверь, зубами расстёгиваю пряжки на Галкиных босоножках, дрыгаю ногами и пытаюсь вылезти из брюк. Галка хихикает и хитро подмигивая, на четвереньках уползает от меня. Я, уже голышом, накрывшись шкурой медвежонка, валявшейся на диване, с грозным рыком, изображая медведя Топтыгина, гонюсь за «Машенькой» что б достойно наказать за съеденую из горшочка кашу. Под хохот Галки, с воплями: «Кто нассал в мой горшок?», хватая шустро уползающую «Машеньку» за ноги, пытаюсь гнать её в сторону спальни. Галка смешно брыкаясь ногами, забирается в кресло. Нет, я уже не похож на медведя, я уже голый неандерталец в медвежьей шкуре, в страсти, одним махом сдёргиваю с машущей ногами Галки, колготки. С победным звериным рыком привязываю колготками к шее, всё время спадывающую с меня медвежью шкуру. Желания распирают меня, но я как можно нежнее, с непрекращающимся «Рррррррррррр» снимаю зубами с неё, гипюровые трусики, оставляя её только в туго облегающем, скользком шёлковом платьице. Затем на четвереньках пячусь задом, для разгона и окончательного победного броска! Но тут, Галка, соскакивает с кресла и бежит в мою сторону, но пробегает мимо меня. Я, в последний момент, стоя на коленях, резко поворачиваюсь на месте, и схватив за ноги, с рёвом «АМммм…», впиваюсь зубами в ширинку джинсов! Оппаа! Поднимаю глаза и вижу, до невозможности возмущённый взгляд мужика, у которого на шее висит радостная Галка.
Я, расскинув руки, и брякнув челюстью об пол, просто застываю в ступоре, потому как вижу за мужиком, любопытно уставившегося на меня, участкового милиционера, из-за спины которого, зажав рот руками, стоят и с удивлением разглядывают мою слабеющую эрекцию, бдительные бабушки.