Пишу Вам историю своей несчастной жизни. В Трех Частях - ибо получил жалобное сообщение о чрезмерной длине текста. Прошу любить и жаловать.
Пролог.
В тот день на дворе царила ночь. Потеснив солнце, на небе сияла сребрянная луна, бледнеющие в ее свете деревья отбрасывали пепельные тени на влажную землю. Час назад прошел легкий, летний дождь, мои тяжелые ботинки смачно хлюпали по разлившимся лужам. Впереди шла Она, Клавдия Федосьевна, мечта моего детства, отрочества и юности.
Детство.
Клавдия Федосьевна Иванова (урожденная Раиса Хаймовна Федельштерн) приходилась золовкой свекриного брата моей тети, но тем не менее присутствовала в нашей семье с моего самого детства. Еще младенцем, я помню ее пышный бюст, колыхающийся над моей люлькой. Странное дело, но детство мое было достаточно осознаным, большенство его событий помню я и по сей день - и большенство из них связано с дорогой моему сердцу Клавдией Федосьевной.
Итак, когда мне исполнилось пять лет, в нашей обширной семье случилось несчастье - мама Двойра с отцом Фроймом ухели в Израиль, помочь оставшейся там без присмотра бабушке Хае (надо сказать, бабушка суровой была, одна из истинных Ашкеназов), присмотр мой был поручен Клавдие Федосьевной. Ухела мама и пришла Она, внеся в дом неповторимый свой запах, который остается в моей памяти до сиих пор. Ее "вечное" платье источало аромат квашеной капусты, большие и твердые руки попахивали фаршмаком и отменным морковным цимесом. "А цимес мит компот" - так я звал ее, неплохо зная на то время Идиш, (благо дядя был хахамом в школе при синагоге).
Все, полно интермедий! Имею вам сказать одно проишествие тех времен. Лежал я в общем в кроватке своей и почитывал Ветхий Завет, рядом сидела Клавдия и что то штопала. Ее пышная грудь отражалась в зеркальном трюмо и я, делая вид что читаю, безотрывно смотрел на это зрелище, наслаждаясь волнистыми колыханиями и великолепной эрекцией Ее сосков. Все бы хорошо, но вдруг приспичило по большому, нечто жгучее стало давить сначала на желудок, а потом подступилось и к груди. Но рядом была Она, я не мог оторвать глаз от грудей, да и дверь в ванную была надежно заперта (закономерность: всегда, когда хочется по большому, вечно что то мешает, то воды нет, то гости, то нечаяно проглотил рыбью кость и она подло застряла в районе сфинктора...). Напряжение расло, воздух в комнате искрился, мой бедный организм, окончательно потеряв силы к сопротивлению, стал испускать дремлющий в нем дух, глаза же жадно пожирали ее грудь. И все случилось внезапно! Струя из моего анала хлынула, вздымаясь словно конь Наполеона, боль в животе смешалась с усладой эакуляции... Последнее что я видел - это летящий надо мной ветхий завет, из коего, строго вперившись в мое лицо, созерцал пророк Моисей...
Инциндент был заглажен Ею, Клавдия аккуратно приподняла меня, отнесла в ванную, и выломав своим мощным торсом дверь, наконец-то вымыла меня. Ах, как она улыбалась тогда, розовым пурпуром краснела ее грудь, и с ласкою и нежностью смотрели на меня ее карьй глаза. Прикосновения же рук ее я не забуду никогда. Именно в тот момент, измазанный жидким калом и эакулянтом, я понял, что люблю ее, Клавдию!
Продолжение во Второй Главе
|
Первый сру.
Не читал, но осуждаю
да ты поэт.
Струя из моего анала хлынула, вздымаясь словно конь Наполеона - порадовало.
Похоже на копипаст какой-то
прочитал первые 3 строчки и слово "грудь"
нах такую унылую хуиту
ДАЛЬШЕ ЧИТАТЬ НЕ СТАЛ
Новый Комментарий